Автор: ivermon

С завтрашнего дня начинается Великий пост. Проверьте себя, обратите внимание, с каким настроением души вы встречаете эти дни. Если в преддверии Великого поста имеется состояние тревоги, осторожности, ощущение, что впереди ждут испытания, ограничения себя самого и присутствует такое чувство, что мы сегодня последний день отдыхаем, а завтра начнётся что-то очень страшное и серьёзное, – значит, мы еще очень плохо воцерковлены. Мы воцерковлены на уровне законничества. Значит, мы исполняем все Заповеди, мы исполняем пост, молитву, все традиции церковные только лишь в силу того, что боимся когда-то получить наказание на Страшном Суде Божием.

Это состояние, может, и неплохое для новоначального. Но для тех, кто ходит в храм давно, уже не первый год, а уж тем более для монашествующих, которые должны жить духовной жизнью, это состояние совершенно неприемлемо.

Сегодня наше сердце должно даже немножко ликовать в радости, что завтра мы более сугубо начнём наши отношения с Богом, начнём более внимательную и сосредоточенную жизнь. Это не может омрачать или отягощать. Это должно нас радовать. Знаете, как бывает у невесты в преддверии свидания? В предвкушении встречи с женихом её сердце ликует и радуется. Она сидит перед зеркалом, делает себе прическу, а сердце веселится, потому что она знает: скоро возлюбленный придёт. Так и встреча со Христом.

Другое дело, конечно, если встреча со Христом у нас ещё не состоялась. Если Он для нас всё ещё остается на уровне философии, морали, на уровне закона. Если мы никогда не переживали в молитве встречу со Христом, никогда не переживали в Таинстве Покаяния встречу со Христом, то, конечно, понять это трудно. Но мы должны к этому прийти, иначе наше Православие так и останется на той первой ступени – законнической: исполняю, потому что боюсь наказания. В этом случае, конечно, ни о какой любви разговора быть не может. Это состояние раба. Раба, который боится плетки.

Но Господь пришел и говорит: «Вы – мои друзья, вы – дети мои». Смотрите, какие слова Он употребляет. Он хочет таких отношений. И не только Он хочет, но и мы должны желать таких отношений, потому что эти отношения сладкие, добрые, светлые.

Делать, потому что тебя накажут, рано или поздно становится грустно и даже противно. Ведь состояние раба – это чувство постоянного страха, тревоги, беспрестанная мысль «накажут, накажут, накажут»…

Однажды у меня исповедовалась женщина, православная христианка, которая уже много лет ходила в храм, жила духовной жизнью. И во время исповеди она постоянно говорила: «Ой, вот тут я не так сделала – Бог меня накажет. Вот тут я нарушила – Бог меня покарает». И вся её исповедь была такой пламенно-озабоченной тем, что её накажут. В середине исповеди я вынужден был её прервать. Говорю: «Стой, прекрати. Я не могу слушать, когда ты про Христа так говоришь. Ты говоришь про Христа так, как будто это какой-то палач с плёткой стоит над тобой, надо мной и только и выискивает, за что бы нас наказать. Прекрати. Я не хочу слушать о таком Христе. Христос – другой. Он каждый день с утра до вечера ждёт твоего покаяния. И не просто ждёт, а на Кресте ждёт. И потому не говори мне о таком Христе. Перестань думать о таком Христе, изменяй своё православие: начни видеть Христа любящим, долготерпеливым, ждущим тебя».

Нам бывает плохо от того, что именно такого Христа мы оскорбляем и предаём. Именно Христа любящего, который каждую минуту ждёт и ждёт, выходит на дорогу и смотрит, как тот отец блудного сына. Мы должны переживать именно такого Христа. И к такому Христу мы должны подойти через таинства духовной жизни, через правильную, систематическую духовную жизнь. Чтобы, наконец, перейти уже из состояния раба в состояние любящего сына, который переживает: «Вот сегодня я опять огорчил своего Отца и не могу уснуть, потому что мне плохо. Мне так плохо, мне так грустно, потому что я переживаю своё предательство». Вот такое состояние должно у нас быть.

И, наоборот, когда вы постарались всё исполнить в покаянии, в смирении, вечером говорите: «Господи, конечно, всё я не могу выполнить, потому что я ничтожество. Но хотя бы что-то я постаралась для Тебя сделать». И такое состояние приносит мир, радость, покой, оптимизм в нашу жизнь. И завтрашний день станет для нас радостным. А не так, что сегодня мы кончили плохо и завтра встанем, как с похмелья: с тем же осадком на душе, с этой похмельной горечью.

Поэтому начинайте каждый день с радости, что Бог даёт вам новый день. А засыпая, всегда говорите: «Слава Тебе, Боже! Я сегодня что-то сделал, но этого очень мало. Завтра я буду стараться ещё больше, а послезавтра ещё сильнее постараюсь». Поэтому, когда мы переживаем Христа как живого, как личность, как нашего друга, как нашего отца любимого, тогда Великий пост не будет для нас тягостью и мраком. Великий пост становится для нас радостью.

И завтра утром вы должны открыть глаза, улыбнуться и сказать: «Слава Тебе, Боже! Наступил Великий пост!»

 

Протоиерей Сергий Баранов

22 февраля 2015 г.

Сегодняшнее воскресенье – предпоследнее перед Великим постом – называется Неделей о Страшном Суде. В этот день мы читаем Евангелие о втором, славном и страшном пришествии Господа нашего Иисуса Христа на землю. Если вы внимательно слушали, вспомните, что в сегодняшнем Евангелии было такое повествование: когда Господь придет судить мир, то Он разделит людей одних от других на две части.

Одна часть, которая будет наследовать Царствие Небесное, и напротив – другие люди, которые пойдут в муку вечную. Господь проводит такую аллегорию: первую часть людей Он называет овцами – это тех, которые встанут одесную Его; а вторую часть людей называет козлищами. Смотрите, как просто Господь разделяет людей на тех, которые войдут в Царствие Небесное, и тех, которые не войдут. Чем отличаются овцы и козлища? Овца – это животное очень смиренное, кроткое. Козлище обычно у нас ассоциируется с бодливым, упрямым козлом, который бодается, всех задевает. Вот в этих двух строчках можно как бы оценить весь смысл сегодняшнего Евангелия, к чему нас призывает Господь. Если станете овцами по состоянию своей души, по состоянию своего сердца, то есть станете простыми, кроткими, уступчивыми, смиренными, молчаливыми, как овца, – то по состоянию сердца вы будете подобны Царствию Небесному и тогда наследуете Царствие Небесное.

И наоборот, никто не сможет войти в Царствие Небесное в состоянии козлища – в состоянии упрямом, буйном, в состоянии, которое заставляет человека постоянно со всеми спорить, упрямиться, бодаться. Не потому, что Бог не захочет такого человека взять, а просто он сам не сможет. Его возьми в Царствие Небесное – он там всех перебодает, со всеми перессорится. Так будет не потому, что Бог сердитый или злой на него, а потому, что он сам не сможет войти в Царствие Небесное. Царствие Небесное – это царство любви, мира, и там нет места людям, которые не стяжали в процессе своей духовной жизни такого состояния. Не нашли в себе, не раскопали, не научили себя быть овцами смиренными.

Конечно, мир иногда оценивает эти состояния совершенно по-другому. Для мирских, для светских людей, для людей не Евангелия это состояние овцы кажется глупым, слабым. Если с миром начинаешь беседовать о категориях смирения, люди говорят: «Да это же рабство, слабость, это унижение». На самом деле это не слабость. Если бы кто-то попробовал победить свою гордость, своё самомнение, своё «я», то ощутил бы, какая тут нужна борьба. Когда я в тюрьме встречаюсь с заключёнными, иногда спрашиваю у них: «Некоторые из вас считают смиренных монахов слабаками. А кто-нибудь из вас пробовал победить свою самость: свой гнев, когда он вспыхивает; свою гордость, когда тебя обидели, а ты смолчал? Легче, конечно, вспыхнуть, разразиться гневом, ударить обидчика, сотворить такой грех. Но на самом деле большее мужество нужно и большая внутренняя сила нужна, чтобы сдержать свой гнев». Вы знаете, даже заключенные говорят: «Да, батюшка, ты прав. Очень большое мужество нужно, чтобы смолчать, стерпеть, сдержать свою ярость, уступить». Это такую нужно иметь непоколебимость, такое богатырство, которые не каждый имеет. Даже из тех людей, которые считают себя сильными.

Поэтому все очень просто: будешь овцой – войдешь в Царствие Небесное, будешь козлищем – станешь ошуюю у Бога, то есть наследуешь вечную муку. Но насколько это просто сказать и понять, настолько же непросто это исполнить. Каждый знает: когда вспыхивает в нас гордость, то просто неимоверные усилия нужны, чтобы её подавить в себе, сдержать. Каждый знает Заповеди, но каждый знает, что не может их исполнить. Каждый имеет желание их исполнить, но не каждый имеет возможности их исполнить. И вот в этой постоянной своей невозможности, своей несостоятельности в исполнении Заповедей Божиих человек, наконец, начинает говорить: «Господи, ты мне дал заповедь, я её понимаю, я хочу её исполнить искренне, всем сердцем, но во мне так глубоко закоренела гордость моя, моя самость, что я ничего не могу сделать. Плачу от исповеди к исповеди, а выхожу – и делаю то же самое, в тот же день, а, может быть, и в тот же час». И тогда Господь говорит человеку: «Я оставил тебе Церковь Свою, чтобы ты ходил в неё, чтобы в этой Церкви ты, как в лечебнице, исцелялся. Исцелялся от этой беды, которая над тобой висит. А, может, даже лучше сказать: не над тобой висит, а внутри тебя сидит. Приходи в эту врачебницу, пользуйся средствами, лекарствами, всеми процедурами и потихонечку исцеляйся. А исцеляясь, начинай понемножку радоваться, что в тебе стало что-то происходить, что ты постепенно из козлища превращаешься в смиренную и кроткую овцу – ту, которая наследует Царствие Небесное».

Все мы уже долго в храм ходим и поэтому знаем, что нужно очень-очень много труда, нужно очень много постоянства, стабильности в духовной жизни. Если от случая к случаю вспоминать об этом, то не будет получаться. Нужна правильная жизнь духовная: постоянная, систематическая. Необходим труд усердный. Не так, что неделю поподвизался, потом месяц перекур себе сделал, передых; потом опять что-то там прочитал в житиях святых – вспыхнул, опять что-то сделал и опять остыл. Так результата не будет. Нужно приучить себя к постоянству в духовной жизни, в церковной жизни. И тогда мы начнём видеть результат. А без постоянства ничего не бывает.

Если нарисовать вечность в виде такой длинной прямой линии – наша жизнь на этой прямой будет как точка. Относительно Вечности наша жизнь – точка. Вот бабушка стоит – точка прошла почти. Да? Поставили её, покрутили – и кончилась. Так у каждого из нас жизнь кончится, поэтому нужно планировать не эту нашу жизнь, а будущую нашу жизнь – вечную. Земная жизнь очень коротка, и она скоро кончится. Хотим мы этого или не хотим, каждый из нас вынужден будет встать на Страшном Суде. И когда мы будем стоять пред Господом, тогда нам будет очень страшно и ненадёжно; трепетать будем, когда мы будем понимать, что всё, наша жизнь кончилась. Аминь. Конец. И начинается Вечность. И все наши мудрости, всё, что мы говорили, делали в этой жизни-точке, будет казаться такой глупостью, такой мелочью, когда оно всё прошло. Что в нём ценного, когда всё прошло? Что ценного во вчерашнем дне, когда он никогда не вернется, а потом забудется и никто о нем и не вспомнит? Ценность в настоящем: в настоящей минуте, в настоящей секунде. Особенно когда эта секунда остановится. Остановится – и начнется Вечность. Вот это ценно, и это страшно. Или, наоборот, не страшно будет, а радостно. Радостно для того, кто потрудился в этой жизни искренне, потратил все свои старания и усилия, всю свою часть души на труды ради Царствия Небесного. Такой человек очень просто и оптимистично переступит порог жизни и смерти и очень легко и радостно вступит в Вечность.

Как часто мы оправдываем свою якобы невозможность жить духовной жизнью для Царствия Небесного тем, что у нас очень много забот, много обязанностей. Умер человек – и кончились заботы. Всё. Остались пыль и прах. Поэтому обязательно уделяйте внимание духовной жизни, берите правило у духовника, не только правило хождения в храм, берите личное правило, молитесь в храме.

Через неделю начинается Великий пост. Ждите этого времени не с настороженностью или какой-то боязнью. Великий пост – это радость, потому что мы ощущаем, что мы в это время усиленно начинаем заниматься своей душой, спасением своей души. Это время сугубых подвигов, сугубых молитв. Встречайте это время с радостью, вступайте в это время с удовольствием. Как человек, который долго-долго болел и вдруг нашёл хорошего врача, который выписал ему правильные рецепты, нашёл лучшие лекарства. И больной понимает, что, конечно, ему придется теперь соблюдать режим дня, пить горькие лекарства, какие-то процедуры проходить неприятные. Но он ожидает, что после этих процедур, после этого периода лечения наступит облегчение для него. Также Великий пост должен принести облегчение нашей душе, страдающей от грехов, уставшей от грехов.

Сегодня последний день мы кушаем мясо. С завтрашнего дня – сплошная седмица масленичная. На следующей неделе среду и пятницу мы не соблюдаем, мясо мы уже не едим, но все остальные продукты кушаем: яйца, молоко, творог, сыр. И через неделю уже – Прощеное воскресенье, и вступим в Великий пост. В радостное, благодатное, легкое время. Смотрите, Господь в Евангелии какие слова говорит: Ибо иго Мое благо, и бремя Мое легко (Мф. 11, 30). Когда человек с радостью несёт тяготу поста, молитвы, бремя своего личного правила, тогда в первые дни в нём происходит перелом. Сначала он заставляет себя, а потом перелом этот проходит, и тягота, понуждение переходят в радость труда ради Господа и ради своей собственной души. И человек тогда уже ждёт с нетерпением время своего правила: когда он будет его исполнять, когда он будет один на один пред Богом. И это уже становится не тяжелым, а, наоборот, радостным. Это время он уже боится пропустить. И даже если его зовут куда-то отдохнуть или на увеселение какое-то, он говорит: «Нет-нет, я не могу, у меня сейчас правило. Я хочу идти на встречу с Господом».

 

Протоиерей Сергий Баранов

15 февраля 2015 г.

Сегодня празднуется день памяти мученицы Татианы. Поздравляю всех Татьян с днем ангела. Завтра будет день ангела у кого-то другого. И так круглый год мы почитаем наших святых. Хочу с вами поразмыслить вот о чём.

Мы почитаем святых и между собой иногда говорим: «А вот у меня такой святой покровитель. А я в монашестве пострижена в честь преподобного Антония Великого, а я – в честь преподобного Серафима Саровского…» И мы, делясь между собой этой радостью, невольно начинаем роднить себя этому святому и невольно этим гордиться. И внутри у нас рождается маленькое тщеславие, потому что мы носим имя того или иного великого святого. Но на самом деле у нас должны рождаться совершенно другие мысли и другие переживания. Если бы мы, нося имя великого святого и перечитывая не один раз его житие, смотря, как он жил, вдруг начали сравнивать своё внутреннее состояние с жизнью святого, то у нас бы наступило совершенно другое отношение к своим делам и поступкам, ко всей своей жизни.

Нося имя того или иного святого, мы воспринимаем это как честь, что совсем не правильно, потому что это, прежде всего, большая ответственность. Таким же образом произошла великая подмена понятий, великая ошибка в жизни израильского народа, когда Господь выбрал его среди всех народов Земли как богоносного, чтобы этот народ пронес идею Бога, чистоту понятия Бога среди тех народов, которые ушли в язычество и совершенно потеряли образ Бога. Но этот народ принял свою богоизбранность не как ответственность перед всем миром, а как честь. И сразу у него всё перевернулось, всё помрачилось настолько, что люди не поняли ничего, когда пришёл Христос, и даже распяли Его.

И по сей день люди унижают, оскорбляют, а то и хулят память о Христе. Когда мы допускаем в своё сердце гордость и тщеславие, то наши мозги сразу переворачиваются. Мы становимся безудержны, безумны настолько, что не только не можем понять какие-то высокие богословские и философские учения, а элементарных вещей не видим. Как Господь утверждает в Евангелии: Потому говорю им притчами, что они видя не видят, и слыша не слышат, и не разумеют (Мф. 13, 13). То есть слышите, как звук, как слово, но совершенно не понимаете смысла. Видите события, но они проходят через ваш ум в совершенно искаженном понимании.

Поэтому мы должны читать жития наших святых в таком состоянии, с таким чувством, чтобы у нас всё время рождался стыд после чтения. Стыд и молитва потом к нему: «Преподобный отче, прости меня, что я ношу твоё имя и хулю его своим житием. Ты это имя возвышал, это имя теперь в веках слышится, и сразу вспоминается твоя личность, твое житие. Это имя теперь так прославлено. А я, нося твоё имя, унижаю его каждый раз».

Это касается не только тех имен и тех святых, которым посвящены наши имена. Это касается всей нашей жизни. Мы должны в нашем христианстве больше стыдиться, чем гордиться. Потому что, если честно, все-таки у нас грехов больше, чем добродетелей. И намного больше. Больше страстей, чем чистоты сердца. И если даже мы что-то приобретаем, что-то у нас получается, то не должны гордиться. Потому что это Бог касается нашего сердца – и тогда к нам приходит вдохновение, у нас создается настроение. И в этом добром настроении мы совершаем добрые дела.

Не зря говорят: «Вот отойдет Дух Святой от тебя…» Мы часто употребляем выражение «человек не в духе». Но даже не оцениваем эти слова духовно. Что такое «не в духе»? Не в каком духе? Не в Святом Духе. Лучше не подходи к человеку в этот момент, когда он не в духе. И наоборот, если он в духе, так это прекрасный человек. Само понятие говорит о том, что он в Духе. Это не его личное состояние. Это состояние присутствия Духа в нём. И тогда он хороший, добрый, покладистый, уступчивый. Но не дай Бог ему потерять Духа Святого и остаться самому с собой, без Духа. Во-первых, он сам может стать просто животным, а во-вторых, в него может еще войти и другой дух. Не Святой Дух, а лукавый, злой, противоречивый… И тогда беги от него и от самого себя.

 

Протоиерей Сергий Баранов

25 января 2015 г.