Автор: ivermon

Перед первой Литургией в храме Благовещения Пресвятой
Богородицы в г. Новотроицке

… Часто в жизни мы слышим такие слова: «Не ищи идеальных, идеальных нет, принимай людей такими, какие они есть». Но все-таки в нас внутри что-то заложено, и это заложено от Бога – искание идеала. Потому что Бог – это идеал. И искание Бога даже у неверующего человека все равно где-то там глубоко в интуиции лежит, ему хочется лучше, выше, чище, светлее. И кто-то останавливается на вот этой фразе «не ищи идеальных», останавливается и живет, как есть: «Ну, идеальных нет, и я не идеальный. Ну, и как-нибудь вот так вот средним проживу». Но всегда были люди какие-то необычные, уникальные, которые не хотели жить в серединке. Эти люди стали первыми христианами и последующими христианами, которые не хотели просто где-то в среднем формате соблюдать нравственный закон: «Ну и достаточно. Бог добрый, простит и помилует, Он же понимает, что идеальных нет, и я не идеальный. Но я немножко все-таки стараюсь, и Господь простит меня».

Но всегда были в обществе чрезвычайные люди, которым тесно было вот в этих средних рамках, которым всегда хотелось больше, которым хотелось выше. И они искали в жизни идеал, чтобы на него равняться, чтобы за ним тянуться. И вот эти поиски иногда заканчивались разочарованием. Потому что, вроде бы, только находишь человека, который становится тебе нравственным авторитетом, но и в нем оказывается какая-то червоточинка, и в нем есть какой-то недостаток. И посещают разочарования. И когда сам ты, откликнувшись всем сердцем на призыв Христа в стремлении к идеалу, сам, вроде бы, загораешься, но и сам в себе разочаровываешься. Потому что, сколько бы ты искренне не старался, и у тебя не получается.

Слезы, боль до отчаяния: «Господи, завтра начну, завтра все изменится, завтра все будет по-другому». И завтра опять то же самое. Человек надрывается в поиске этого идеала. Ему кажется, что среди земных этого идеала нет совершенно и быть не может. Избави Бог нас от такого вывода жизненного. Такой результат всё останавливает: невозможно, всё, руки опустил, опустил голову и побрел по жизни как-то так уныло, печально. Но, слава Богу, в человечестве есть такой идеал. Это понятно, что Бог – идеал. Тут все понятно и все просто. А вот в человеке? И, слава Богу, что человечество родило такой идеал. Идеал, о котором мы говорим: «Честнейшая Херувим и Славнейшая без сравнения Серафим». Выше ангелов и архангелов. Выше всех небесных сил бесплотных. Человеческая суть возвысилась до такой высоты в лице Пресвятой Богородицы. Если всех святых, стремящихся к идеалу, мы называем святыми, то Её называем – Пресвятая. Выше всех святых. Выше ангелов и архангелов. И, слава Богу, что мы находим этот идеал. Слава Богу, мы видим, что в человеках это возможно. Что человечеству это возможно. Конечно, не самому по себе, а по соединению с Богом.

Так вот, главный наш идеал, главный наш ориентир среди земных – Пресвятая Богородица. Вот на фоне этого постоянного отчаяния, разочарования и в самом себе, и в людях вдруг находится Та, Которая вдохновляет нас и говорит: «Неправда. Возможно. Вот Я перед вами, смотрите на Меня. Я от земных». Это очень сильно вдохновляет. Это вселяет веру, что возможно. Пусть не в Её мере, Она уникальна, Она единственная. Но стремление к идеалу – это уже отчасти идеал. Как на Пасху мы будем читать слова Иоанна Златоуста: «Господь и намерения целует».

Сегодня мы празднуем память, праздник, посвященный такой сладкой теме, такой сладкой Личности – Пресвятой Богородице. Многие люди, которые вошли в особые отношения с Ней, вот только говорят: «Пресвятая Богородица» и плакать начинают. Настолько это сладко на фоне нашей общей грязи, ничтожества. Вдруг в кислотной среде, там, где вроде бы, казалось, ничего уже не может расти, развиваться, вдруг вырастает такой прекрасный цветок, как Пресвятая Богородица.

Так прекрасно, что в этот ваш праздник всё свершилось. Молитвами, конечно, в первую очередь Пресвятой Богородицы, потому что этот храм посвящен Ей. Здесь прославляется в первую очередь Она. Конечно, Господь Бог и Она, как Участница, Первая Участница Его славы. Чудесным образом, только мечтали, но управил Бог, чтобы именно в этот день вашего престольного праздника всё сложилось, всё завершилось, прямо день в день, минута в минуту. Вчера еще последние иконы вешали. Ну, как так можно рассчитать? Обязательно или опоздаешь, или раньше сделаешь. А вот чтобы минута в минуту… Бог помогал. Бог благословлял. Бог благословлял искренность людей, которые это делали. Не нужно никакого великого таланта, не нужно великих и чрезвычайных усилий, какого-то могущества земного. Нужна просто искренность, чрезвычайная искренность. Когда человек говорит: «Господи, на всё воля Твоя. Но я буду трудиться во славу Твою, не во славу свою. На все воля Твоя, все отдаю в руки Твои». И тогда происходит всё очень хорошо.

Вспоминаю, как в прошлом году пришел ко мне со слезами человек, который все это финансировал, и говорит: «Батюшка, ну, пожалуйста, помогите, ну никак мы не можем завершить. Трудимся, трудимся – и никак». А я говорю: «Андрей, у меня тоже сил нет уже. Господь берет меня за шиворот, говорит: «Отец Сергий, иди». И его, и отца Андрея, и Галину, и всех вас. Господь всех вот так берет, соединяет, и всё происходит.

Слава Богу! Теперь у вас есть такой прекрасный храм. Правда, хороший? Всё сложилось, слава Богу. Все сложилось. Я вот сейчас служил и отметил такой момент, который неспециалисты не отметят. В этом храме такой звук… Здесь нет эха, это очень помогает служить. Потому что слово летит чисто, оно не скомкано эхом, не размыто. Вот, священник сказал в алтаре, вы слышите, да? Певчие поют, священник слышит. Это нельзя специально сделать, это так вот Господь благословил. Все хорошо. И украшен как красиво, и иконостас какой необычный, и священник для вас служит искренне. Очень жалко, что нет отца Сергия Дынника, который всё это заложил, все-таки всё началось через его сердце. Вот именно, я говорю – через сердце, не через голову, не через руки, а через его сердце, он сюда вложил свое сердце. Я обязательно ему передам, сколько людей было и что вы ему все передавали поклон. Слава Богу! Он прибаливает, плохо себя чувствует, он обязательно приедет потом. Благодарность – это самое-самое драгоценное чувство в людях. И слава Богу, что в вас есть вот это чувство благодарности к нему, что он все это заложил, стены поставил, купола, кресты. Дальше уже передал другому.

Но все равно, сколько этот храм будет стоять, на каждой Литургии, на каждой ектенье на Литургии строителям, благодетелям, благоукрасителям – первая слава. И это уже не вычеркнешь. Это будет всегда, пока здесь будет служба происходить. Люди забудут, а ектенья всегда будет произноситься. Когда-то мне довелось на Святой горе Афон в Греции расписывать храм с Михаилом Ананьевичем Кирильчуком, который здесь тоже расписывал. И мы делали всё благотворительно, ни копейки не взяли, еще и краски, билеты покупали на свои деньги, еще и монахам деньги оставляли. И потом, когда уезжали, я говорю: «Молитесь за нас». Они отвечают: «Да за вас стены будут молиться, сколько этот храм будет стоять, люди будут заходить, смотреть на эту красоту и говорить: «Господи, слава Тебе и тем людям, которые это сделали».

Протоиерей Сергий Баранов
7 апреля 2023 г.

В Неделю преп. Марии Египетской

Как известно из Евангелия, к Господу подошли апостолы Иаков и Иоанн и попросили Его о чести быть первыми в Царствие Божием, чтобы один сел по правую сторону, а другой по левую от Господа. Они просили оказать им честь и предпочесть их другим апостолам.

А что было перед этим? Непосредственно перед тем, как они подошли и попросили о такой великой чести, Господь идет и говорит им: «Я иду на распятие». Это ж какое безумие должно быть в голове, когда тебе говорят, что твой любимый учитель идет на распятие, а ты в этот момент подходишь и говоришь: «А можно я там, в Царстве Небесном, буду выше всех?»

Гордость на земле – самое великое безумие. Гордость и тщеславие делают из человека сумасшедшего. Что, они Его не любили? Любили. Искренне, по-детски любили. Но в самый тот момент, когда Он им говорит: «Скоро Меня распнут», – они подходят и произносят такие банальные, низкие вещи. И низость этого особенно контрастна с тем, что Господь говорит: «Я иду на смерть», а они просят: «Сделай нам честь. Пусть я буду первым, а он второй. А лучше два первых будем».

Самое великое безумство – это гордость на земле. И все грехи на земле, все войны начинаются с гордости, все оскорбления, все ссоры – всё замешано на гордости. Потому что она делает человека не просто злым, а безумным. И этот безумный человек сходит с ума, и ему кажется, что он делает праведное дело. Вот так все фанатики религиозные действовали. Убивали, жгли, целые города сносили якобы из праведного гнева, потому что они безумствовали. Гордость делает человека безумным, а мудрым человека делает смиренномудрие. Это церковное слово мирские люди не употребляют, они его утратили, потому что они утратили Бога. Это слово, а точнее словосочетание, есть только в церкви: смиренномудрие. Два слова соединили в одно. Мудрость и смирение. Смирение делает человека мудрым.

В сегодняшнем Евангелии мы читаем о блуднице, которая миро драгоценное потратила на то, чтобы на Господа полить и своими власами отерла Ему ноги. Почему она так сделала? И рядом сидит хозяин дома, который пригласил Господа. Но он Его пригласил, потому что тоже в какой-то мере Его уважает и почитает. В какой-то мере он уже видел Его чудеса, он услышал Его неземное учение, и именно поэтому приглашает Его к себе в дом, именно поэтому накрывает стол, приглашает других людей за этот стол. Но он глупее блудницы, потому что у блудницы есть смиренномудрие. Блудница знает, что она – блудница. Ей очень стыдно, ее жжет ее ничтожество. И поэтому она не подходит к Господу и не говорит: «Возьми меня в Царство, посади там или там». Она просто подходит, как бедная вдова, которой Господь говорит: «Я пришел для того, чтобы накормить Израиль духовной пищей». А та произносит: «Но и псы едят от крупиц, падающих со столов господ своих». Так она себя позиционирует, так она себя ощущает. И Господь говорит: «Недалеко ты от Царства Небесного».

Так же и эта блудница. Она понимает, кто она. Но это состояние ее жжет, не дает ей покоя. Можно было бы побежать подальше и спрятаться от глаз Господа, как сделали глупая Ева и Адам. Согрешили в раю, но Господь идет им навстречу. Он не знал, что они сделали? Да, конечно, знал. Говорит: «Где вы, Адам, Ева, где вы?» А они прячутся. Они прячутся, потому что их стыд не мудрый. Мудрый стыд заставляет бежать, падать на колени и просить прощения. А их стыд уже растворен гордостью. Гордость не позволяет им показаться в некрасивом виде пред Отцом Небесным. А у этой блудницы был мудрый стыд. Она, осознавая всю глубину своего ничтожества, превозмогает стыд, идет, падает на колени, отирает власами ноги Господу. Она предполагает, что сейчас хозяин дома скажет: «Разве Ты не знаешь, кто к Тебе приближается?» Хозяин дома считает себя благочестивым и безумствует. А вот эта блудница, ничтожество, мудрствует. Потому что в ней есть смиренномудрие.

В сегодняшнюю неделю мы вспоминаем память величайшей святой – Марии Египетской. Она из величайшего ничтожества, прямо почти с самого ада, если кто-то помнит ее житие. Даже среди блудниц бывают более умеренные, какие-то средние, а бывают вообще дрянь дрянью. Так вот, Мария Египетская была просто ниже некуда. Как известно, она села на корабль, который вез паломников к святым местам. Она признается Зосиме в исповеди: «Да я на этот корабль села, чтобы развращать людей, которые едут к святым местам». Представляете, насколько человек может пасть? И после такой глубины ничтожества вдруг – величайшая святая.

Есть такое понятие: когда человек тонет и уже нет никаких сил выбраться, остается одно только средство – опустившись до дна, оттолкнуться от него. Вода тебя не держит, ты идешь глубже, глубже, ты барахтаешься, руками цепляешься, но вода – это такая субстанция нестабильная, ты за нее никак не зацепишься. Остается один способ – добравшись до дна, оттолкнуться и сделать большой рывок вверх. Ну, вот у Марии Египетской, наверное, произошло так.

Самое великое безумие, когда мы читаем про Марию Египетскую и сами себе говорим: «Благодарю тебя, Господи, что я не такой». Да какой ты не такой? Случай не представился, обстоятельства не сложились. Точно такой же. Да точно такой же. Предрасположенность лежит в каждом из нас. В каждом из нас живет великий блудник, великая блудница. В каждом из нас живет убийца. В каждом из нас живет предатель Родины. И, знаете, я 25 лет в тюрьмах отслужил, однажды в тюрьме на проповеди говорю: «Ребята, все вы – предатели. Вернее, уточняю: все мы – предатели». И вдруг им как-то неуютно стало: «Да какие мы предатели?» – «А что тогда для вас Родина? Родина – это нечто абстрактное, такое неоформленное? Или Родина – это что-то определенное? Твоя родная мама – это Родина? Родина. Сколько она хлебнула слез с тобой? Если она еще жива, от инфаркта не умерла. Отец твой, жена твоя бедная, которой ты когда-то врал, в уши говорил: «Я тебя люблю, я буду на руках тебя носить». Сколько же ты ей зла сделал? Дети твои при родном отце сироты. Они, вот я свидетель, понимаете, я бывал в детских домах, где дети врут, сознательно врут: «Мой папа в командировке». Да они знают, что он в тюрьме. Но они благородно врут: «Он уехал в командировку, скоро приедет». Это не Родина? Это Родина. Жена – Родина. Мать – Родина. Дети твои – Родина. Сколько ты Родине мог бы блага сделать, если бы ты был тружеником хорошим? А теперь Родина кормит тебя в тюрьме, охраняет, зарплату сотрудникам платит. Это не Родина? И это Родина, если покопаться. А вы думаете, что это вот они одни такие? Да каждый из нас. Каждый из нас.

Апостол говорит: «Не упивайся вином, в нем же есть блуд». А я могу продолжить: «Не упивайся вином, потому что в нем не только блуд, в нем и убийство, и что угодно». Вот, опять же случай из тюрьмы. Мужик семидесятилетний плачет, как ребенок. С сыном с родным водку пили, пьяный я, говорит, выключился, утром проснулся, а сын зарезанный лежит. Я, говорит, и не помню, что я его зарезал. И плачет вот такими слезами, я Сашку убил. Был бы трезвый и ничего бы не сделал. Но самое главное, что мы не от водки пьяные, мы от безумия пьяные. У нас в головах такая каша. Мы простых вещей в жизни не видим. О чем-то высоком рассуждаем, как надо страной управлять, как… И хочется сказать: «Какой страной управлять? Ты иди посуду помой. Ты знаешь, как страной управлять, как экономику выровнять, да иди посуду помой, брюки погладь». Вот где пьянство, в головах наших. А почему в головах пьянство? Я привел пример. Лишает разума – гордость. Дает разум – смиренномудрие.

Давайте уже признаем раз и навсегда, что мы – безумцы, что мы – блудники, что мы – убийцы, что мы Родины предатели. И тогда, может быть, за смирение Господь даст нам разума. Мудрость – это Бог. А мы – глупость.

Вот, мы для чего в храм ходим? Чтобы наша глупость просветилась мудростью Бога. Не ходишь в храм, ну и живи, как хочешь. Ну, так и будет. Проживешь по инерции и помрешь, и люди забудут. Ближайшие родственники вымрут, и крест некому будет покрасить. Вот смысл жизни. Смысл жизни – когда всё крадет смерть. Крест упал и в труху превратился, всё, аминь, и смысл кончился. Только в Боге смысл. Мария Египетская, слава Богу, стала смиренномудрой. И её уже много сотен лет вспоминают. Целое воскресенье Великого поста ей посвящено. В среду стояние Марии Египетской служили. Кому такая честь? Блуднице. Блуднице бывшей и великой святой нынешней.

Богу Нашему Слава всегда, ныне и присно и во веки веков! Аминь!

Протоиерей Сергий Баранов
2 апреля 2023 г.

В Неделю преподобного Иоанна Лествичника

Во Имя Отца и Сына и Святаго Духа!

Сегодняшняя четвертая неделя Великого поста посвящена памяти преподобного Иоанна Лествичника, который сказал нам о пути в Царствие Небесное. Он провел такую аллегорию с лествицей, с лестницей, по которой человек ступает постепенно от одной ступенечки на вторую, на третью. Вот это понятие постепенного восхождения в Царствие Небесное очень драгоценно для нас, христиан. Человек сначала ступает на первую ступенечку, на вторую, третью… Все это проходит очень постепенно, это требует труда.

Мы как-то предполагаем себе, что ступенечки одного стандарта, – шагнул и дальше побежал. Но ступени в Царствие Небесное бывают и очень высокими. И даже на одну ступенечку приходится не просто легко шагнуть, а буквально карабкаться. Мы-то знаем. На каждую ступенечку, и даже не на одну, а на каждую ступенечку приходится просто тянуться, карабкаться, употреблять очень большие усилия.

Казалось бы, если человек имеет искреннее желание, искренний настрой, ну, почему бы Богу не помочь ему, взять за руку и просто быстренько пролететь всю эту лесенку? Господь человеколюбивый Отец Наш Небесный сознательно выстраивает восхождение в Царствие Небесное через эту лестницу постепенности, труда, иногда неимоверного труда. Если человеку дать быстрое восхождение в Царствие Небесное, у него не будет опыта. Есть святоотеческое выражение такое: «Свят, но не искусен». Ему святость милостью Божию дана даром, и он очень легко, естественно, вошел в это состояние. Но он не проходил искусство борьбы, и поэтому он свят, но не искусен.

Однажды одного святого отца с Древнего Патерика ученики спросили: «Отче, вот один человек прошел уже долгий путь, имел большой опыт, но пал. И новоначальный пал. Кому легче восстановиться?» Старец говорит: «Тому, который имеет опыт. Он знает, как это делается, даже если он пал, у него есть опыт борьбы, есть опыт преодоления, а еще у него есть закаленная воля. Когда бьются два бойца, побеждает более искусный». А еще, чтобы победить в поединке, нужно не только искусство, нужно иметь, как борцы говорят, функциональность. Нужно иметь долготерпение и запас сил. Потому что искусный, но не функциональный может сразу выгореть и начнет поединок очень красиво, победоносно, а потом у него руки повиснут. Он не натренирован функционально. Поэтому, во-первых, нужно искусство, нужно искусство, которое дает опыт. И нужна функциональность, тренировка, закалка организма.

То же самое происходит в духовной битве. Нужна закалка. А тот, кто не проходил долгих, изнурительных, неимоверно изнурительных тренировок, тот не закален. И даже дай ему искусство, но он не выстоит долго, он сломается.

Лествица Иоанна Лествичника – это образ нашего восхождения в Царствие Небесное. Постепенный, долгий, изнурительный труд. И еще есть одна важная деталь. Если человек одним рывком, одним вдохновением взойдет на высокую ступень, а незнание самого себя, как ничтожества, как падшего существа, греховного, будет отставать, то этот успех сведет его с ума. И он повторит путь сатаны, того светлого ангела, который был у Престола Божия, и который залюбовался собой и пал в самые-самые глубины ада.

Почему нужна постепенность? Потому что возрастание в духе должно быть постепенным. И вот эта постепенность как бы прячет от человека мнение о самом себе. Он постепенно входит, и ему кажется все естественно. Какой вчера был, такой и сегодня. Он не видит, что действительно поднялся уже высоко. Но постепенность закрывает для него опасное видение самого себя, что он уже нечто. Это начало скатывания обратно.

Сегодня так не случайно совпало чтение Евангелия, помните, читали Евангелие о том, как Господь исцелял бесноватого юношу. И отец бесноватого юноши говорит: «А ученики Твои не смогли его исцелить». Иоанну Лествичнику когда-то задали вопрос. Представляете, это IV век, это не XXI век, когда мы уже так далеки от Бога. Представляете, тогда ему задают вопрос: «Почему Господь в Евангелии сказал: Именем Моим бесы ижденут, глаголы возглаголят, а аще и смертое испиют – не вредит их, горы передвигать будут. А почему мы не видим в христианах этого? Почему мы не видим?» И тогда Иоанн Лествичник, не смущаясь, потому что он знает суть своего ответа, — отвечает очень коротко: «А где вы нынче видите преподобных?» Чтобы передвигать горы, нужно быть преподобным.

А я дальше продолжу мысль Иоанна Лествичника: а кто ж такие «преподобные»? Это замечательные люди, которые своим трудом, аскезой, подвигом чего-то добились? Сами в себе? Ни в коем случае! Ни сами в себе, а которые слезами покаяния призывали в себя, внутрь себя, благодать Божию, Самого Христа. Почему «слезами покаяния»? Кто зовет Спасителя? Тот, кто погибает. Тот, кто переживает очень глубоко свое падение, свою гибель, он начинает очень глубоко, со слезами призывать: «Иисусе, Иисусе, Иисусе, Иисусе», – и начинает теснить Его внутрь себя. И только тот, кто считает себя ничтожеством, тот может уступить место Христу. Тот, кто еще не дошел до этого, тот будет пытаться сам все время все сделать сам. Я сам спасусь, я сам помолюсь, я сам мобилизуюсь, сейчас попощусь, исполню заповеди. Так вот, пока вот это будет «сам», ты будешь, извините меня, клоуном, будешь ничтожеством.

Так вот, кто прошел эту точку своего ничтожества, своего недостоинства, тот уже говорит: «Я не могу сам, приди Ты, я уступлю Тебе это место (показывает на сердце), я отдам Тебе этот руль. Пожалуйста, Ты порули, я не могу, я все время куда-то врезаюсь, разбиваюсь. И других калечу, и себя уничтожаю. Прииди, вселися в ны».

Так вот, суть преподобия – это не совершенствование самого себя в каких-то духовных подвигах и раскрытие в себе внутренних духовных талантов. Это могут делать эзотерики, фантазеры, сумасшедшие. Христиане делают по-другому. Христиане подходят к той точке, когда говорят: «Я – ничто, ноль. Может, даже минус. Христе, делай все Ты, я ничего не могу». И вот природа преподобия – это присутствие Бога внутри тебя. Это Он потом передвигает горы, ходит по водам, это Он потом смертное испиет и не вредит Ему. Если ты, безумец, сам по себе выпьешь, и тут же умрешь. Чудо – это область Бога, это прерогатива Бога. Наша часть – это смирение. Смиренное понимание, что мы есть на самом деле. А что мы есть? Да ничего мы не есть.

Когда Господь творил человека, взял глину и вдунул в него дыхание жизни. Убери дыхание жизни – и останется глина. Убери от него Дух Святой – и останется животное. Да еще из всех животных самое страшное животное. Потому что животные другие имеют когти, зубы острые. А человек еще имеет разум. И поэтому он побеждает, уничтожает. Они в Красную Книгу сначала попадают, а потом вообще перестают быть. Даже вот эти зубастые, когтястые животные сильнейшие, этот беззубый безкогтистый человек уничтожает их, потому что у него есть страшное оружие – разум, ум. Но если это оружие направлено не на добро, он становится самым страшным животным. Он не только весь животный мир истребит, он сам себя истребит. Он обязательно придумает атомную бомбу и взорвет весь мир, и свалит это, в конце концов, на Бога: «Господи, какой Ты жестокий, Ты попускаешь нам войны». Да Господь в это время на кресте висит, а вы безумствуете, грызете друг друга, уничтожаете, и Бог виноват.

Кто хочет быстро в Царствие Небесное, тот не туда пришел. Царствие Божие, как святые отцы говорят, нудится. Это самое точное слово – нудится. Это слово предполагает долгий, мучительный, длительный, терпеливый процесс. Но если ты не согласен, иди быстро – в ад. Или очень долго в рай, или быстро – в ад. В ад можно быстро попасть. Как и в тюрьму. Натворил делов и всё.

Господи, дай нам разума!

Как христианский разум звучит? Смиренномудрие. Вот, когда способность рассуждать растворена и опирается на смирение, тогда она становится смиренномудрием, великим разумом. Без смирения разум, данный человеку, становится страшным оружием, человек безумствует.

Богу Нашему Слава всегда, ныне и присно и во веки веков! Аминь!

Протоиерей Сергий Баранов
26 марта 2023 г.